Евграф Савельев

Племенной и общественный состав казачества.

(исторические наброски)


Донские областные ведомости № 200/14.09.1913 г. стр. 2-3-4

ХХV.

Сибирское казачество.

Теперь нам предстоит рассмотреть одно из самых интересных казачеств – Сибирское, образовавшееся исключительно распоряжениями правительства, слившего воедино разрозненные кучки городовых и линейных казаков.

Корень Сибирского казачества существует со времен Грозного царя Ивана Васильевича, впервые обратившего внимание русской государственной власти на возможность присоединения к Московскому государству огромного и чрезвычайно богатого, еще не изведанного Сибирского края.

ЕрмакВ свою очередь толчком к завоевательной сибирской политике Грозного царя послужил знаменитый поход Донского атамана Ермака Тимофеевича, который первым из русских людей отважился проникнуть с ничтожным количеством запасов и храбрых товарищей за таинственные Уральские вершины в заманчивую неверную землю, кишевшею соболем и золотом.

Очень возможно, что правильно организованной регулярной экспедиции пришлось бы испытать, если не полное крушение в завоевательных надеждах, то, по крайней мере выдержать многолетнюю разорительную войну вроде Кавказской, и лишь неожиданный для сибирских народов казачий удалой налет, переполошив и ошеломив тамошних князьков, не дал времени им собраться с силами и войти между собой в военный союз для отражения неведомых пришлецов.

А что сибирские инородцы в то время вовсе не были уже так разрознены и разбросаны, как описывают некоторые историки, неизвестно почему пытающиеся свести к нулю героические заслуги Ермака, показывает неоспоримо тот важный факт, что известие о казаках с быстротой молнии передалось по всей Сибирской земле и в самом коротком времени под знаменами татарского царя Кучума собрались представители всевозможных племен огромной Сибири.

Секрет удачи казаков заключался главным образом в их отчаянной, непонятной инородцам, решимости, военных еще невиданных хитростях и казачьей тактике. Немалую, разумеется, роль сыграло и огнестрельное оружие, по тем временам скорее пугавшее, чем поражавшее неприятелей.

В сравнительно короткое время Ермаку с удалыми товарищами, в число которых входили Донцы, Волжцы, Запорожцы и Яицкие казаки, а также несколько татар, калмыков и пленных литовцев, посчастливилось завоевать громадные земли по рекам Тоболу и Иртышу и покорить главный город Сибирского царства Искер, причем лишенный престола Кучум принужден был бежать и скрываться в дремучих лесах в изгнании.

По некотором умиротворении взволнованного края казаки деятельно приступили к сбору податей с жителей или, попросту, грабежу, стремясь вознаградить себя за невероятные трудности похода и раны. Повторилось в сущности то же самое, что наблюдалось во время легендарных походов Кортеца и Пизарро в Америке.

Но Ермак был дальновидный, искусный вождь и политик. Он отлично сознавал свое шаткое положение и, оглядевшись и оценив обстановку в крае, понял, что скоро сибирские народы опомнятся, соединятся и поднимут восстание против горсти храбрых, но слабых числом казаков.

Конечно, Ермак мог бросить дело дальнейшего завоевания Сибири, захватить с собой баснословную соболиную и золотую добычу и обратно откочевать к русским пределам; но, без сомнения, его в этом намерении удержали веские соображения и положение дел.

Так, надо думать, что показываться на Волге Ермаку было небезопасно, да и у Строгановых, вероятно, его ожидала в конце концов верная смерть, если не на плахе, то от тайных, подосланных убийц.

С другой стороны, по всей вероятности, далеко не все казаки были так проницательны, как атаман, и не замечали близкой опасности. Овладевшая же ими алчность к приобретению добычи, с такой сказочной легкостью дававшейся в руки, ослепляла их и заглушала чувство осторожности и благоразумия. Ко всему этому не надо забывать, что в те времена у казаков власть атамана, по миновании фактических военных действий, сводилась почти к нулю и только благодаря личным качествам – незаурядному уму, героической храбрости и военным способностям Ермак пользовался в среде своих товарищей большим уважением.

В таких трудных и исключительных обстоятельствах Ермаку пришла в голову гениальная мысль подарить своему злейшему врагу, Московскому царю, завоеванное казаками Сибирское царство.

Этим достигалась троякая цель.

Во первых, бывший разбойничий атаман, не стеснявшийся грабить даже царские караваны и смеявшийся над московской властью, завоеванием и присоединением к России целого царства искупал свои вины и сразу становился в ряды верных сынов отечества, полезных ему своей деятельностью; во вторых, делался народным героем, подобно древним богатырям, не только у себя на Дону, но и во всем Московском царстве. В третьих, Ермак совершенно правильно рассудил, что обрадованный таким необычайным подарком царь, без сомнения, вознаградит его высоким званием и землями, конечно, Сибирскими, на которых Ермак надеялся прочно основаться, получить с царского разрешения приток вольных удалых людей и распространить свои завоевания далее на восток. Ермак был натурой с необычайным подъемом энергии, воинских способностей и ума, и не кончись так неожиданно и трагически его жизнь, кто знает, не познакомились ли бы желтолицые обитатели Китайской империи с казачьим гиком и мечом.

Обдумав хорошенько свое положение, хитрый Ермак сам не поехал в Москву, а послал от своего имени лучшего товарища и помощника Ивана Кольцо с несколькими казаками и невиданной еще в

Донские областные ведомости № 200/14.09.1913 г. стр. 3

Москве богатейшей добычей: соболями и золотом. При этом Кольцу было наказано политичными рассказами о Сибири доказать необходимость поддержки начатого дела и именно вольными людьми, а не стрельцами. Тут был тонкий расчет.

План Ермака удался как нельзя лучше.

Послы Ермака бьют  челом царю Ивану Грозному. Чориков

Послы Ермака бьют челом царю Ивану Грозному. Чориков Б.

Грозный простил ему все вины, пожаловал титулом князя Сибирского и разрешил набираться вольными людьми.

Кроме того, по приказу царя по всем украинским городам через особых глашатаев приглашались на службу Ермаку вольные люди.

Благодаря этим мерам вскоре было собрано значительное ополчение, состоявшее из Малороссийских казаков, городовых украинских казаков, разных охотников казаков, татар, пленных литовцев и охочих стрельцов. К ним по дороге присоединились остатки Ермаковой дружины в городках Строгановых, и составленное таким образом подкрепление Ермаку вступило в Сибирские пределы.

Но герой уже в то время погиб славной и безвременной смертью, и потому все задуманное им великое дело завоевания Сибири ограничилось лишь занятием казачьими гарнизонами устроенных ранее острожков да в промысле собольих шкурок у инородцев под видом царской дани.

Мало-по-малу казаки, подкрепленные стрельцами, распространились по всему течению Иртыша и его притоков, добрались до Байкала и даже до берегов Тихого океана. Повсюду они строили городки, укрепляли их и составляли первоначальный гарнизон; затем являлись воеводы с отрядами стрельцов, занимали построенные городки и принимали под свое начальство казаков.

Служба казачья в Сибири была преимущественно пешая и проводилась в плавании по различным рекам, единственным в то время путям сообщения, но были казаки и конные. Эти стояли на степных границах Сибири, соприкасавшихся с кочевьями Средней Азии. Находясь в полном подчинении у воевод и живя в городах, Сибирские казаки приняли названия своим общинам от места жительства.

Так, например, были казаки Тобольские, Березовские, Сургутские, Тюменские, Пелымские, Томские, Тарские, Иркутские, Красноярские, Енисейские, Киренские, Селенгинские и Якутские.

Между собой они по дальности расстояний не имели почти никакой связи и входили, наравне с стрельцами, в число служилых ратных людей Московского царства, сохраняя, впрочем, свое казачье имя и выборный порядок управления.

За свою полезную и деятельную службу казаки получали от правительства жалованье от 4 до 20 рублей в год и нередко награждались званием боярских детей и дворян. Кроме того, им полагалось по 4 четверти муки и по 2 четверти овса в год на душу, вместо чего многие расчетливые казаки предпочитали просить об отводе земельных наделов, что охотно исполнялось правительством, удовлетворявшим казаков землею за службы в количестве, не превышающем, впрочем, 10 десятин.

Такое бережливое отношение к земле, дававшейся казакам, более чем странно, и при тогдашнем обилии пустых Сибирских земель наводить на размышления, что прикреплять казаков к земле не входило в планы воевод, боявшихся очутиться без воинственного и подвижного элемента.

Истинными покорителями и продолжателями дела Ермака в Сибири являлись потомки его сподвижников, которые, войдя в подданство Московскому царю и в состав вооруженных русских сил на востоке, в то же время постоянно стремились к походам в дальние неизвестные страны, к таинственным приключениям и опасностям скитальческой жизни.

Благодаря таким наклонностям казачьего нрава, сибирские воеводы, бессильные в глухих тайгах со своими инертными и лишенными драгоценного чувства личной инициативы стрелецкими гарнизонами, использовали в большей мере потомков Ермаковой дружины в смысле разведки и приобретения в русское подданство новых обширных земель.

Куда только не проникали Сибирские казаки, где они только не были?..

Много раз ходили они небольшими партиями и в Туркестан, и в Китай, и даже в далекий таинственный Тибет.

Сколько славных имен казачьих должно было бы быть записано благодарной Россией в вечную память на удивление потомкам. Но, к сожалению, как это всегда водилось в России, да, кажется, ведется и до сих пор, подвиги ее истых славных сынов забывались и оттирались умеющими рекламировать себя инородцами и иностранцами.

 Семен ДежневКто, например, из нас слыхал когда-нибудь о подвиге казака Семена Дежнева, который, еще за 60 лет до нашумевшего на весь мир плавания капитана Беринга, открыл на утлом суденышке пролив между Азией и Америкой где-то, в полярных странах, в почти полном безлюдьи, в местности, удаленной от населенных стран на тысячи верст. Пролив этот долгое время назывался Беринговым по имени капитана англичанина, которому ученый мир, игнорируя скромного казака, приписал честь открытия пролива, и только год тому назад, как русское географическое общество, и то по инициативе дальневосточных казаков, удосужилось переименовать этот пролив в Дежневский.

А удивительные подвиги пятидесятника казака Атласова, который с небольшой храброй дружиной и есаулом Морозко открыл и завоевал Камчатский полуостров, величиной с Кавказ.

При этом надо заметить, что дружина Морозко и Атласова послужила ядром к образованию Камчатских казаков, которые, просуществовав 200 с лишним лет, только недавно были упразднены.

Наконец, самоотверженное плавание по громадной реке Амуру на тысячи верст до самого его устья, еще никем из русских до того времени не изведанному, казака Пояркова, положившего начало русской колонизации в этом полу-китайском крае, баснословно богатом и громадном по необъятной площади земель и драгоценных лесов.

Все эти скромные, но истинные герои не забывали никогда в своих скитаниях о своей рыцарской обязанности покорять русскому народу вражьи племена и собирать в запас

Донские областные ведомости № 200/14.09.1913 г. стр. 4

русскому же государству драгоценные неисчислимые приобретения.

Теперешнее изголодавшееся и задыхающееся от малоземелья крестьянство, по справедливости, обязано поставить грандиозный памятник Сибирскому казачеству, благодаря которому оно получило возможность переселиться на плодородные мирные и раздольные земли в Сибири, где буквально благоденствует по сравнению с тяжелым существованием своих собратьев в центральных губерниях.

Интереснее и ценнее всего то обстоятельство или, вернее, качество казаков, что они, от природы наблюдательные и весьма любознательные, никогда не упускали случая записывать на чем попало – на бумаге, тканях, а то и просто на березовой коре, – все, что им приходилось видеть и наблюдать в незнакомых местах.

Благодаря этому описанию значительно облегчалась разведка, а затем и покорение под государеву руку пройденных казаками мест. Кроме того, и теперешним ученым много помогли в историческом отношении эти скромные по внешности, но в высшей степени интересные по содержанию рукописи, многие из которых хранятся в музеях, но немало есть и в частных руках.

Вскоре по занятии большей части Сибирских земель русскими воеводами, шедшими, повторяю, по следам казаков, немногочисленный состав прежних соратников Ермака стал постепенно пополняться.

Так, при первом вступлении в Сибирь русских гарнизонов, казаки были подкреплены охочими людьми из украинских городов и разными казаками, как уже упоминалось, а затем воеводы по мере надобности верстали в казаки разных охочих людей и инородцев; значительно позднее в казачество стали поступать сибирские крестьяне.

В царствование Алексея Михайловича в Сибирь стали ссылать преступников, по преимуществу политических или опасных для государственного спокойствия. Многие из этих ссыльных людей вошли в состав Сибирского казачества.

Гетман  Демьян Многогрешный

Так, между прочим, знаменитый протопоп Аввакум, борец за „старую веру”, многие Волжские казаки за грабежи и непослушание, гетман Малороссийских казаков Демьян Многогрешный с своими приверженцами-казаками и многие другие.

Гетман Многогрешный, старый запорожец, играл в Забайкалье выдающуюся роль и даже командовал гарнизоном в городе Селенгинске, причем с успехом отбил нападение монголов в город.

К концу царствования Петра Великого Сибирских казаков, проживающих и несущих службу при городах Сибири, всего насчитывалось около 8 500 душ.

Во время этого царствования Сибирское казачество едва не было совершенно уничтожено враждебной ему политикой Меньшикова, этого заклятого противника казаков и их самобытной жизни. Но высший Промысл хранил для России казачью бесценную силу и не дозволил стереть с лица земли национальную гордость русского народа, его лучшие, энергичнейшие элементы – казачество.

Великий Петр, по советам коварного царедворца-временщика, учредил в Сибири рекрутскую повинность для образования солдатских полков; но так как большинство сибирских жителей русского происхождения составляли казаки, то они главным образом и пошли на пополнение этих новых регулярных полков.

Значительная часть казаков была переселена на так называемую Иртышскую линию, расположенную против киргизов и калмыков-джунгаров. А чтобы прекратить доступ в казачество свежих сил, было решено запретить верстать в казаки крестьян и купцов.

Этими мерами надолго было приостановлено процветание казачества и деятельность его сведена лишь к незначительной пограничной службе и сидению в крепостных гарнизонах. Недаром про Меньшикова сохранились в памяти казаков и до сих пор песни с нелестным для него содержанием.

В 1725 году на казачьей службе по охране линии состояло, кроме казаков, еще и 400 татар, которые впоследствии вошли в состав казачьих Войск Сибири.

В 1728 году к казачьей службе были привлечены жившие в Забайкалье буряты, народ монгольского происхождения, замечательно искусный в стрельбе, хорошие наездники и храбрые воины, стоявшие по китайской границе.

На Сибирской линии находилось всего собственно 784 казака, которые положили начало будущему Сибирскому линейному Войску. Остальные же казаки, проживавшие по городам, были обложены податью и в то же время несли тяжелую дальнюю службу. Благодаря этому обстоятельству городовые казаки пришли в большой упадок и крайнюю бедность.

Лишь в царствование Екатерины ІІ последовало некоторое облегчение участи Сибирских казаков и было обращено внимание на внутреннее их устройство и развитие.

Так, в 1773 году повелено было наделить Сибирских линейных казаков землею в количестве по 6 десятин на душу, дано право свободных рыбных ловель по озеру Нор-Зайсану, и казаки освобождены от принудительных даровых казенных работ.

В то же время в состав казачества зачислялись разновременно ссыльные, крестьяне и инородцы.

В 1771 году в Сибирское казачество зачислено 138 Запорожцев во главе с атаманом Жвачкой, который прославился знаменитой Уманской резней евреев.

В 1760 году сформирован из тунгусов, бродячего азиатского охотничьего народа, конный полк в 5 сотен, а в 1764 году таким же образом сформировано 4 полка из бурят: Ашебагский, Сартолов, Цонголов и Атаганов.

В 1789 году в состав Сибирского линейного казачества зачислены 2 700 солдатских детей.

Относительно своего внутреннего устройства Сибирские казаки, находившиеся на линии, подчинялись с 1760 года исключительно военным властям, причем для управления была учреждена должность войскового атамана, который имел резиденцию в Омской крепости.

Казаки управлялись атаманом по своему усмотрению, так как никаких положений и законов о них не было издано до самого царствования Императора Александра І-го, внесшего законность и порядок в казачий быт.

С.Азъ


В начало страницы

На главную страницу сайта