независимый военно-общественный журналъ

посвященный нуждамъ и интересамъ казачества

№ 35.
413
Гoлocъ кaзaчеcтвa

„Казачий национализм”

Да позволено будет пустить в оборот это новое слово. Язва, разъедающая современное нам, интеллигентное казачество, – буквально, та же, которую болеют и все почти русские интеллигенты-космополиты, тянущие ко всякой инородчине; это ложный стыд или нежелание быть самим собой.

Не желают сознать, что казачество, как идея, далеко не отжило еще свой век, и казачий „национализм”, как здоровое понятие, диктуется прямо таки государственною точкою зрения, чуждою всякого намека на „сепаратизм”, в котором недавно еще, вздумали, не без лукавства, обвинять „наши депутаты-ка-деты” покойного Атамана Ф.Ф. Траубе за провозглашенный им в Войсковом Совещании экономический девиз: „Дон – для донцов”.

Нет ничего, ни смешного, ни революционного в провозглашении очевидной истины, что земля, добытая казаками и политая их кровью, должно переходить снова только к ним, а не к иногородним. Как обывательский, так и государственный патриотизм одинаково не мирятся с положением, при котором у казаков отнимается возможность быть служебно исправными перед государством. Если-б было, в среде казачества, глубже развито то чувство, коим так сильны наши инородцы, – чувство „национализма”, – не было бы на Дону и самих „политиков”. Ибо кто-же, в сущности, у нас, будь он правый или левый, стал бы спорить друг с другом по чисто казачьим шкурным, так сказать, вопросам, кроме Петровских, Араканцевых, Ефремовых и их злобных товарищей ка-детской шайки, жидовских батраков?

В том, что надо защищать дарованные Дону права и привилегии, что надо облегчать казаку способы быть исправным служебно перед родиной, стараться быть хорошим хозяином и т.п. согласны все, кроме ка-дет, лишенных здорового казачьего национализма!

Разногласия между левыми и правыми возможны и существуют на деле, – главное, в вопросе, составляющем ядро самой идеи казачества: в вопросе о сохранении или уничтожении его самобытности.

Ка-детская шайка и ее пособники, всевозможные леваки, только потому могли возникнуть в казачьей среде, что существует к нашему стыду часть природных донцов, отрекшихся от „духа” живого казачества, его идеи.

Средняя, а затем и высшая школа на Дону не мало повинны в этом. Воспитанные на чужих теориях питомцы выносят из нее одно презрение к „лампасникам”, „военщине” и проч. (что не мешает им, однако, преисправно получать деньги за свои казачьи паи).

В более высшем смысле, под „казачьим национализмом” мы разумеем идею служения прежде всего славянству мечем и умом, а, главное, завоевание для казачества почетного места в ряду культурных народностей, наряду с сохранением своей самобытности.

Вспомните японцев, их быструю европеизацию при сохранении национальной самобытности. Казаки, конечно, природные славяне, почему, например, сумев за прошлые века ассимилировать в себе различные народности, остались глубоко русскими. Но у них есть и свое казачье нечто и истинный казак-националист, чувствующий это, не может не гордиться, что Дон дал России уже столько замечательных людей, что у него есть своя блестящая история, традиции, взгляды и обычаи. Истинный казак-националист будет любить и ценить родную песню, защищать „своих”, требовать везде к имени казака уважения, вытеснять усевшихся на казачьих лакомых позициях всяких чужаков. В этом смысле казачий национализм и казачий демократизм – понятия нераздельные! этот же национализм повелительно диктует необходимость для всех казачьих Войск объединяться на почве культурных организаций, укрепляющих идею казачьего самосознания. Русские люди и казаки в своих землях все более и более теснятся сплоченными, сильными культурою и аппетитами

414
№ 35
Гoлocъ кaзaчеcтвa

иногородцами, все более растворяются в них, все более, так сказать, теряют свое „национальное лицо”, – мечта, столь лелеемая нашими изменниками донцами-ка-детами и другими левыми партиями. В этом только смысле, смысле потери „национального лица” видим мы угрожающее значение слова „расказачивания”. В этом же смысле оцениваем значение таких своевременных для казачества органов, как „Голос Казачества”, который один бьется, об руку с „Кубанским казачьим листком”, за родные идеи, за объединение и культуру нашего многострадального казачества.

Доброму делу – добрый почин!...

А.Г.


В начало страницы
Оглавление
На главную страницу