независимый военно-общественный журналъ

посвященный нуждамъ и интересамъ казачества

277
№ 23.
Гoлocъ кaзaчеcтвa

На ярмарке в Черномории.

На издавна облюбованном месте за городом, в сторону Круглика, раскинулась ярмарка своими белыми полотняными палатками, балаганами, ятками. Немного в стороне, отдельным табором стояли разукрашенные шатры цыган, без которых у нас ни одна ярмарка не обходилась. Ярмарка носила вполне интернациональный характер. Кроме коренных черноморцев, пригнавших на ярмарку косяки лошадей, гурты крупного выхоленного рогатого скота, здесь сновали великоруссы, или по нашему, москали, горцы, татары, армяне, греки, калмыки, киргизы, жиды, цыгане – каждый с своим излюбленным делом. Цыгане барышничали лошадьми, водили на потеху публики ученых медведей, ворожили, лечили. Жиды расставили свои столики и занимались разменом денег. Гусар, московский пан-ремонтер, набирал ремонт (партию лошадей) для полка. Ремонтер и продавец неистово хлопали руками, расплевывались, расходились, но через минуту сходились снова, опять хлопали руками, пока не слаживали окончательно. К торгующим подскакивали цыгане и, с страшно вытаращенными глазами, клялись ужасными клятвами, что покупаемые паном лошади ни к черту не годятся и тут же предлагали

№ 23
278
Гoлocъ кaзaчеcтвa

своих, уверяя, что против их ногайских лошадей лучших во всем свете не найти.

– Посмотри, господин пан, одна в одну лошадь! за границей нет такой лошадь! настоящий ногайский лошадь! Послушай меня, господин-пан, – не бери тех, – очень ошибешься. Возьми моих. В глаза мне наплюешь, если вру! Смотри, тебе-ж добра хочу!

И сыплет клятвами – одна сильнее другой, дико поводя выворочeнными белками.

В другом месте „хварыльнык” (барышник) москаль с длинным мешком медных денег за поясом ходил, побрякивая, между возами и набирал партию скота. Черноморцы с уважением поглядывали на болтавшийся почти до колен мешок медяков и говорили:

– Оцэ й видно, що купец! цэй купыть: у цего грошей станэ!

А купец-хварыльнык нарочно пренебрежительно проходил дальше, едва спросив цену некоторых быков.

Рядом барышник цыган толкал сапогом в брюхо запаленную лошадь и пресерьезно спрашивал:

– А що стоить оця гармония?

Но лучше всех работал жид-меновщик. И пешие, и конные то и дело шмыгают мимо его столика.

Несколько раз вихрем пролетал мимо столика один черноморец по прозвищу Заиць. Пронесется чуть не через всю ярмарку на своей карой кобыле, подбежит к кабаку, остановится и обращается к лошади:

– Выпьем, Кара?

И отвечает:

– Выпьем!

Выпьет и кобыле даст. И опять спрашивает:

– Визьмэм, Кара?

И снова сам отвечает:

– Визьмэм!

Вдруг на бегу слегка наклонился он в седле на бок, ловко схватил со столика менялы шкатулку с ассигнациями и двинул наутек. Поднялась суматоха, – народ заволновался, зашумел:

– Заиць шкатулку з грошами вкрав. Ловить Зайця, ловить Зайця!

Целая толпа добровольных ловцов с криком кинулась в догонку за Зайцем. А сам Заиць стрелой летел впереди всех на карой и что было мочи орал:

– Ловить Зайця, ловить Зайця!

Толпа сразу опешила, остановилась: большинство подумало, что это охотник гонится за зайцем и стали разглядывать, – где же заяц? А виновник суматохи тем временем вихрем выскочил за пределы ярмарки и считал себя уже почти спасенным, но не тут-то было. Толпа, правда, осталась далеко позади, но зато следом за ним во весь опор на легких степных лошадях быстрее ветра неслась погоня: два калмыка и калмычка. Хорошо шла Карая, но и калмыцкие лошади были не из плохих. Однако через малое время бешеной гонки калмыки отстали, а калмычка все ближе и ближе подтягивается и уже готовит аркан, чтобы накинуть нашего Зайця. Что тут делать Зайцю! не вынесет его карая! Вдруг у Зайця молнией мелькнула спасительная мысль: ловко на бегу распустил он подпруги у седла, отшвырнул его в сторону и тогда налегке так двинул своей Карой, что калмычка только свистнула и повернула назад.

Суматоха на ярмарке скоро улеглась. Только сын Израиля горько плакался над своей потерей:

– Ой, вей мир! Ой цто зе это будет? и как зе это мозно? и цто зе это за порядок!

Народ над ним холодно подсмеивался.

– Не зывай, жыдовын: на тэ ярмарок!

(Из рассказа „Высока могила”).

К.О.В.


В начало страницы
Оглавление
На главную страницу